Еще раз об «арабской весне» | Newtimes.az – Информационно-аналитический портал

THE THINKING OF FUTURE
МЫ РАСКРЫВАЕМ ВСЕ ТАЙНЫ МИРОВОЙ ПОЛИТИКИ

Еще раз об «арабской весне»

Ваша местоположение: Главная »» Комментарии »»
 0 комментарии Line Spacing+- AFont Size+- Печать
9723
Line Spacing+- AFont Size+- Печать

Баку, 24 декабря – Newtimes.az

«Арабская весна» и препятствия на пути новой волны демократии

«Арабская весна», начавшаяся с массовых волнений в Тунисе в конце 2010 года и стремительно распространившаяся в другие арабские страны, вызвав здесь смену власти и режима, в тот период многими исследователями характеризовалась как новая волна демократии. Расхождения во мнениях были связаны с определением того, какой по счету волной демократии “арабская весна” является. Так, часть исследователей называет ее четвертой, часть – пятой волной. В статье, опубликованной в 1991 году, американский политолог и историк Самуэль Хантингтон выделил три волны демократии. Согласно его подходу, получившему широкое распространение в мире, первая волна, начавшаяся с завоевания мужчинами права голоса в 1820 –е гг. в США, длилась век, то есть до 1920-х гг. Вторая волна демократизации началась после депрессии 30-х гг. и второй мировой войны и продолжалась до 60-х гг. Третья волна демократии берет свое начало с процессов, происходивших в ряде стран 1970-80-е гг (5).

Демократические преобразования в странах, возникших в результате распада СССР, в 1996  году немецкий ученый Клаус фон Беймен назвал четвертой волной демократизации, а потому некоторые ученые считают “арабскую весну” ее пятой волной. Однако в указанной статье С.Хантингтон рассматривал демократические процессы, развернувшиеся с ослаблением влияния СССР в Восточной Европе, – в бывшей Югославии, Чехословакии и Польше – также в качестве составной части третьей волны демократии. Вдобавок к этому в статье, опубликованной в 1996 году, к третьей волне он относил и переход к демократии независимых государств, возникших в результате распада СССР (4). Действительно, правомернее было бы рассматривать последовавшие друг за другом процессы демократизации как составные части третьей волны. По этой причине революции, охватившие ряд арабских стран Северной Африки и Ближнего Востока, можно рассматривать как четвертую волну демократии.

Приближают арабские революции страны к демократии или отдаляют от нее?

Процессы, сопровождавшиеся свержением диктаторов в арабских странах и приходом к власти новых сил, с первых же дней вызвал вопрос у мировой общественности: действительно ли процессы в арабском мире направлены на демократизацию или это фальшивая демократизация, открывающая путь к новой диктатуре, авторитарным режимам?

Поводом для возникновения и распространения такого вопроса стала ситуация, сложившаяся в мятежных странах. Кратко рассмотрим положение дел в четырех арабских странах, где были свергнуты правительства. Прежде всего, после отставки президента Зина аль-Абидина бен Али в результате акций в Тунисе в январе 2011 года три политические партии во главе с умеренной исламистской партией «Эннахда», набравшие наибольшее количество голосов на выборах, проводившихся в октябре того же года с целью определения состава совета для подготовки новой конституции, сформировали временное правительство. Однако все еще недовольное социально-экономическим положением в стране население то и дело проводит акции протеста, а либералы и радикальные исламисты своими требованиями усиливают давление на правительство. Ожидается, что политическая борьба в период проведения парламентских и президентских выборов, намеченных на весну 2013 года, еще более обострится.

После решения экс-президента Али Абдуллах Салеха уйти в отставку в результате волнений и политического противостояния, начавшихся в Йемене в январе 2011 года, единственный кандидат, участвовавший на выборах, проводившихся 21 февраля 2012 года, Мансур аль-Хади был избран президентом. Он возьмет под контроль подготовку новой конституции. Страна также готовится к парламентским и президентским выборам, которые состоятся в 2014 году.

Ситуация в Египте еще более сложная. На парламентских и президентских выборах, состоявшихся после свержения Хосни Мубарака, кандидаты от партии Справедливости и развития, созданной на базе «Братьев-мусульман», получили большинство мест в парламенте, а член партии Мухаммед Мурси был избран президентом, что не устраивает либералов и религиозные меньшинства. Вопрос о принятии новой конституции стал серьезной проблемой, сопровождающейся практически еженедельно акциями протеста. Исламисты, либералы и христиане не пришли к единому знаменателю по внутри- и внешнеполитическим вопросам страны.

Как известно, наиболее болезненно ощутили революцию в Ливии. После смены режимов в результате гражданской войны и военного вмешательства извне страною управляет временное правительство. Вопреки ожидаемому, на парламентских выборах летом 2012 года победили либералы. Несмотря на это, в стране сохраняются вооруженные конфликты между группировками, неповиновение центральной властью, сепаратизм и укрепление позиций «аль-Каиды».

В настоящее время в Сирии, где революционная волна столкнулась с серьезным препятствием, неопределенным  пока остается вопрос о том, к каким последствиям приведет война между оппозицией, получающей экономическую помощь, и властью и ее сторонниками. Но общим для всех арабских стран, где произошла революционная смена власти, является незавершенность политического перехода, слабость ввиду этого центральной власти, политическая и социальная нестабильность, ухудшение экономического положения. Для каждой из этих стран характерно и то, что невозможно решительно утверждать, что послереволюционные  политические процессы в них приведут в конечном итоге к победе демократии, поскольку в этих  странах существуют как внутренние, так и внешние факторы, препятствующие процессам демократизации.

Насколько благоприятны внутренние условия в арабских странах для западной демократии?

По мнению американского политолога С.Хантингтона, для утверждения демократии необходимо наличие политических, экономических и культурных факторов (5). Революционная волна в арабских странах за последние два года свергла диктаторов и привела к изменениям в политической власти. Однако утверждать то же самое в отношении экономических и культурных факторов невозможно. Тот факт, что революция не дала до сих пор ожидаемых результатов, порождает вопросы о том, насколько готовы арабские страны к демократическим преобразованиям.

Как известно, основным толчком к стремительному распространению революционной волны были именно экономические проблемы и предельный уровень бедности масс. Несмотря на то, что до революции годовой объем ВВП на душу населения в большинстве стран, переживающих «арабскую весну», был высоким, уровень жизни большей части населения был достаточно низким. Экономика же характеризуется доминированием аграрной сферы, слабым развитием промышленности.

Исследования западных ученых показывают, что экономическая отсталость и бедность считаются крайне неблагоприятными условиями для становления демократии, поскольку демократия тесно связана с экономическим развитием. Теоретики демократии указывают прежде всего на необходимость экономической модернизации как условие утверждения демократических принципов в том или ином обществе.

Экономическая модернизация приводит к улучшению жизненных условий и уровня образованности в обществе, и именно в такой среде люди проявляют наибольший интерес к обеспечению достойных условий жизни и защите прав на самоутверждение. Говоря словами Хантингтона, большинство богатых и развитых стран демократичны, а большинство демократических стран богаты. По его мнению, демократия непригодна для бедных стран (5). Возражая против такого подхода, другой известный политолог Ф.Фукуяма считает, что экономическое положение и культурные особенности не играют решающую роль для утверждения демократии, для демократии нужны демократы (2).

Однако согласно достаточно распространенному мнению, в экономически развитых странах утвердить и защитить демократию легче. Перед лицом экономических проблем демократия часто оказывается бессильной. В таких условиях диктаторские режимы могут функционировать гораздо эффективнее (1). Американский ученый С.Липсет также считает демократию продуктом экономического развития. Сравнивая статистику по четырем основным показателям экономического развития – изобилие, индустриализация, урбанизация и образование в англосаксонских, европейских и латиноамериканских странах, он пришел к выводу о том, что успехи демократических стран в этих областях гораздо выше (6).

Таким образом, несмотря на смену власти в результате арабских революций, многочисленные экономические проблемы и политические распри создают условия для появления здесь новых диктаторов. Исторический опыт показывает, что с ослаблением экономики, наступлением кризисов складываются благоприятные условия для появления авторитарных и даже тоталитарных режимов. Так, приход к власти в Европе в 1920-1930-е гг. фашистских и национал-социалистических режимов предотвратил первую волну демократизации. По мнению многих ученых, Великая депрессия 1929-1933 гг. сыграла в этом процессе важную роль. Схожая ситуация наблюдалась в 1970 году. В целом на протяжении всего XX века возникновение экономических кризисов было прямо пропорционально возникновению диктаторских режимов.

В настоящее время, когда экономический кризис охватил Европу, усиление таких радикальных тенденций, как расизм и сепаратизм, создающих угрозу для демократических ценностей в государствах региона, и наибольшее проявление этого в политической жизни вовсе не случайны. Нынешний экономический кризис пока еще не ставит под угрозу демократию в целом, но он нанес серьезный удар по таким ее важным ценностям, как толерантность и мультикультурализм.

Что касается роли культуры в утверждении демократии, то следует отметить, что демократия не состоит только из политических институтов, здесь важное значение имеют и культурные ценности. Различия между культурами проявляются и в отношении к демократии. Некоторые законы, воспринимающиеся в западных обществах как выражение прав и свобод человека, на Востоке, и, в частности, в арабских обществах, может восприниматься негативно. Часто исследователи указывают на исламский фактор как на главную причину культурных различий и главное препятствие демократии. Правда, религия оказывает влияние на культуру, однако вместе с тем и культура оказывает влияние на восприятие религии. По этой причине одна и та же религия может проявляться в разных обществах в разных формах. С другой стороны, привязанность к традициям и консерватизм – свойства, независимо от религии присущие большинству восточных обществ.

Что касается стран, в которых были свергнуты диктаторские режимы, то здесь существует потребность в определенных преобразованиях в общественном сознании и политической культуре, сформировавшихся под влиянием прошлых режимов. Среди людей, долгое время живших в диктаторской среде, после внезапной смены режима усиливаются тенденции неподчинения законам и злоупотребления свободами. Закрепление в сознании законности и гражданской ответственности, формирование политической культуры, уважающей демократические ценности, требует времени. В целом демократия в мусульманских обществах возможна, но эта демократия, как и демократия, утвердившаяся в конфуцианской среде на Дальнем Востоке, безусловно, будет отличаться от современной западной демократии.

Возвращаясь к словам Ф.Фукуямы о том, что “без демократов нет демократии”, можно задать вопрос: насколько демократичны оппозиционные силы, требующие демократии в арабских странах? Об этом могут сказать лишь демократические реформы, которые они проведут после прихода к власти. Пока же новые реформы осуществляются недостаточно интенсивно и не в соответствии с демократическими ценностями. Примером тому являются процессы в Тунисе и Египте. В египетской революции, к которой было приковано внимание международной общественности, в качестве ведущей силы революции выступали исламисты. Приход к власти “Братьев-мусульман”, получивших серьезную поддержку извне, и принятие ими решений, не устраивающих либералов, не должно вызывать удивление.

Поддержка извне не всегда служит демократии

Диктаторские режимы в странах, переживающих “арабскую весну”, наличие проблем в области прав человека, социально-экономические трудности стали предпосылками для революции. Однако неправомерно было бы воспринимать арабские революции только как продукт внутренних факторов. Широко распространено мнение о том, что “арабская весна” – составная часть Великого ближневосточного проекта (или Великого средневосточного проекта). Главной целью официально объявленного проекта было провозглашено привнесение демократии в зависимые страны. Президент США Джордж Буш-младший объяснял причины направленности подобного проекта на Ближний Восток существующими здесь бедностью и нарушением прав женщин. По словам одного из архитекторов проекта, помощника президента США Дика Чейни, центральная идея Великого Средневосточного проекта заключается в распространении демократии и гарантии мира во всем регионе. Бывший госсекретарь США Кондолиза Райс же характеризовала проект как “изменение политической и экономической географии 22 стран от Марокко до китайской стены (3).

С этой точки зрения можно утверждать, что “арабская весна” – процесс, в основном управляющийся извне. С самого начала событий стало очевидно, что многие страны региона и глобальные силы подходят к событиям сквозь призму своих интересов. Подтверждением тому являются экономическая, политическая, информационная и военная поддержка мятежников извне, перераспределение зарубежными государствами и их корпорациями залежей нефти и газа стран после свержения режимов.

Расстыковка между спешкой в действиях зарубежных государств и неполной готовностью внутренней обстановки к демократии проявляется в сегодняшней социально-политической напряженности, экономическом кризисе и зависимости, радикализме, сепаратизме. Одной из причин этого является и то, что помощью, оказываемой оппозиционерам западными государствами, стремящимися любыми средствами свергнуть диктаторов, нередко пользуются еще более опасные силы. Подтверждением сказанному является то, что приток членов “аль-Каиды” в Ливию во время войны в этой стране и демонстрация здесь ими особой активности не вызвали какой-либо серьезной реакции со стороны западных политических кругов.

В результате после революций в арабских странах не только демократия, но и национальная государственность оказались под вопросом. А пока “арабской весной” пользуются в основном западные государства, стремящиеся усилить свое влияние в регионе, транснациональные корпорации, стремящиеся извлечь еще больше прибыли, “аль-Каида”, желающая прожить свою “весну” и получившая удар в ходе антитеррористической операции в Афганистане и Пакистане. Арабы же все еще ждут прихода своей весны.

Хулья Мамедли

Источники

1. Adam Przeworski. Democracy and Economic Development. 2004.

2. Francis Fukuyama. The End of History and the Last Man. 1992.

3. Emin Kərimov. ABŞ-ın Böyük Orta Şərq layihəsindəki əsas istiqamətləri. Dirçəliş, 169-170, 2012, s.224-229.

4. Samuel P. Huntington. Democracy For The Long Haul. Journal of Democracy 7.2 (1996): 3-13.

5. Samuel P.Huntington. Democracy's Third Wave. Journal of Democracy 2 (1991): 12-34.

6. Seymour M.Lipset. Some Social Requisites of Democracy: Economic Development and Political Legitimacy. The American Political Science Review, Vol. 53, No. 1. (Mar., 1959), pp. 69-105.

Похожие статьи

Дипломатический уголок

Дипломатические представительства Азербайджана

↳Новый проект

Инопресса

Президент Грузии разбалансировала Закавказье
16 марта 2019 Коммерсантъ

Президент Грузии разбалансировала Закавказье

Саломе Зурабишвили поддержала Азербайджан в карабахском конфликте

Далее...
Foreign Policy: Постреволюционная вечеринка в Армении закончилась
16 октября 2018 Foreign Policy

Foreign Policy: Постреволюционная вечеринка в Армении закончилась

В журнале Foreign Policy опубликована статья о коррупции и политических противостояниях в Армении.

Далее...